Второй шанс в мире магии. Том 2 | Вольный огонь - Антон Хорошев

Он сидел на крыше дома напротив ратуши. В верхнем городе — куда забрался ночью, перемахнув через внутреннюю стену воздушным прыжком. Рискованно — стража могла заметить. Не заметила: ночь, темнота, отвлечение на беженцев, которые продолжали прибывать через северные ворота. Все — смотрели на ворота. Никто — не смотрел на стену.

Крыша — черепичная, скользкая от изморози. Он сидел — прижавшись спиной к каминной трубе, ноги — подтянуты к груди, капюшон — надвинут. Тепловой кокон — включён: тело не мёрзло, но — привычка кутаться оставалась. Человеческая привычка, которую магия не могла вытравить.

Сенсорика — узкий луч, через стену ратуши, через камень, через дерево. Двадцать метров — до зала заседаний. Голоса — приглушённые, как через толстое стекло, но — разборчивые. Если сосредоточиться. Если — не дышать.

Командир гарнизона — капитан Мэрт. Голос — тяжёлый, хриплый, усталый. Голос человека, который не спал двое суток и знал, что не будет спать ещё столько же. Голос — в котором усталость перешла ту грань, за которой она становится — спокойствием. Не настоящим спокойствием — спокойствием обречённости.

— Восемьсот солдат. Гарнизон — полного состава. Из них — боеспособных — шестьсот. Реально боеспособных — четыреста. Двести — раненые из предыдущих стычек с разведывательными отрядами варваров, необученные рекруты, призванные на прошлой неделе и не державшие меч в руках до этого, и ополченцы — старики, которые последний раз воевали двадцать лет назад и с тех пор держали в руках только мотыгу.

Пауза. Кто-то — кашлянул. Нервно.

— Стены — крепкие. Каменные, десять метров, южная и восточная секции — в хорошем состоянии. Северная — проблема: кладка — старая, не ремонтировалась пятнадцать лет, трещины — в трёх местах, раствор — выкрошился. Я просил — два года просил — выделить средства на ремонт. Не выделили. Теперь — поздно.

Ещё пауза. Тяжелее.

— Ворота — одни работающие, северные. Южные — можем запечатать, забаррикадировать, завалить камнем. Но северные — нужны: через них — подвоз, снабжение, эвакуация, если потребуется. Закрыть — значит отрезать себя. Оставить открытыми — значит дать противнику цель.

Голос Гарвена — бургомистра. Тонкий, нервный, быстрый. Голос — человека, который привык решать проблемы деньгами и бумагами, а не мечами и стенами. Голос — который дрожал. Еле заметно. Но — Эран слышал. Сенсорика — ловила вибрации.

— Сколько — у них?

— По данным беженцев — пять тысяч. Может — больше. Кочевники — не ведут переписей. Не строятся в колонны. Идут — ордой, как — волчья стая: разведка впереди, основные силы — следом, обоз — сзади. Но — организованно. Не хаотично, как раньше, не набегом — вторжением. Кто-то — объединил племена. Кто-то — командует.

— Хан-Кровь, — сказал кто-то. Голос — незнакомый. Может — один из советников. Может — представитель торговой гильдии. Голос — в котором имя звучало, как — заклинание. Как — проклятие.

— Хан-Кровь, — подтвердил Мэрт. — Мы — мало знаем о нём. Беженцы описывают — по-разному. Гигант в чёрных доспехах. Маг с глазами из пламени. Демон, воскресший из мёртвых. Правда — где-то между. Ясно одно: он — маг. Сильный. И у него — ещё маги. Три — подтверждённых кровавых мага. Возможно — больше.

— Три кровавых мага, — повторил Гарвен. Голос — тише. Как — считают потери. — Корвус?

Голос Корвуса — ровный, спокойный, с тем ленивым хрипом, который Эран уже запомнил и узнавал — как узнают мелодию: по первым нотам, по тембру, по ритму.

— Двенадцать боевых магов. В Гильдии. Включая меня. Четверо — Адепты: я, Нэсса, Борг, Тэйла. Восемь — Ученики, разного уровня: от крепких до слабых.

Пауза. Короткая. Тяжёлая.

— Этого — хватит. На один бой. Может — на полтора. Двенадцать магов на стенах — это серьёзно. Огонь, лёд, камень — мы можем держать стену, пока резервуары полны. Проблема — резервуар. Маги — не бесконечные батареи. После четырёх-пяти часов интенсивного боя — Ученики опустеют. Адепты — продержатся дольше, но — не бесконечно. Если осада затянется — на второй день мы будем в половину силы. На третий — в четверть.

— А кровавые маги?

— Кровавая магия — другая экономика. Они не тратят свой резервуар — тратят чужие жизни. Каждый убитый пленник — подзарядка. Каждая капля крови — топливо. Пока у них есть жертвы — они не устают. Никогда.

Тишина. Длинная. Мертвенная. Тишина — в которой каждый из присутствующих — считал. По-своему. Бургомистр — считал деньги и политические последствия. Мэрт — считал солдат и метры стены. Корвус — считал заклинания и часы.

Все — считали одно: шансы. И — у всех — не складывалось.

— Нам нужны подкрепления, — сказал Гарвен. — Или — чудо.

— Подкрепления — откуда? — Мэрт. Устало. Без надежды. — Король — бежал на юг. Армия — разбита. Ближайший союзный город — Вальхейм, в четырёх днях пути. Они — не пришлют никого. У них — свои проблемы: варварские разъезды уже замечены у их южных границ. Они — закроются, как устрица, и будут ждать.

— Тогда — чудо, — сказал Корвус.

И — Эран — услышал в его голосе то, о чём говорила Лира. Страх. Глубокий, тихий, контролируемый. Страх — не паника, не истерика, не слабость. Страх — сильного человека, который видит — ясно, чётко, без иллюзий — что стоит перед ним. И — знает, что шансов мало. Знает — но не бежит. Не — потому что храбрый. Потому что — бежать некуда.

Чудо.

Корвус — сказал «чудо». И — Эран — понял: гильдмастер не верил в чудеса. Как — Сэлин не верила в переселение душ. Как — Грэм не верил в богов. Практики — не верят в чудеса. Практики — верят в подготовку, в расчёт, в резерв, в запасной план. Корвус — сказал «чудо» — потому что подготовки не хватало, расчёт не сходился, резерва не было, а запасной план — был один: умереть на стенах.

Или — был ещё один план. Тот, который Корвус — не озвучил. Тот, о котором он думал — три дня назад — когда сидел в складе, на ящике, и смотрел на мальчишку с тремя стихиями. Тот — ради которого он пришёл лично, предложил Гильдию, предложил защиту, предложил — всё.

Мальчик. Тринадцатилетний маг. Арканист — хотя Корвус этого ещё